Актуальные проблемы истории Арало-Сырдарьи

С.Ф. МАЖИТОВ
Директор
Института истории и этнологии им. Ч.Ч. Валиханова КН МОН РК
доктор исторических наук, профессор
 

Изучение места и значения Арало-Сырдарьинского региона в истории и культуре Евразии является одним на основных и приоритетных задач междисциплинарного исследования культуры казахов и их предков. Этот крупнейший регион – расположенный на исторически важном стыке Азии и Европы – сыграл важнейшую роль в этно- и культурогенезе, политической истории на континенте. Арало-Сырдарьинский регион, включающий в себя территории Туранской, Прикаспийской низменностей, южной оконечности Уральских гор, бассейна реки Сырдарьи и их притоков, а также значительных прилегающих пространств, издревле сложился как классическая страна номадизма. В общеисторическом плане – это крупнейший западный («мусульманизированный») очаг евразийской степной цивилизации, наряду с восточным центральноазиатским («древним»). С этим регионом связана историческая судьба многих народов древности, средневековья и нового времени; становление кочевничества и специализированное развитие скотоводства в умеренном поясе; возвышение и падение крупнейших этнополитических объединений, государств: массагетского Турана, Государства огузских ябгу, Ногайской орды; история ряда крупных политико-административных центров, городов казахов; исключительно многообразное развитие традиционно-бытовой, духовной культуры кочевников-скотоводов; сложение огромного круга самобытных мемориально-культовых памятников и т.д. [1, с. 7-37].
Отметим, что коллективной разработке этих и многих других важных проблем евразийской истории и культуры, специалистами Института истории и этнологии им. Ч.Ч. Валиханова ведутся значительные научные изыскания и исследования. В частности, в 2006 г. в г. Актобе под руководством ИИЭ была проведена I Международная Арало-Каспийская конференция на тему «Еуразия тарихы мен мәдениеті аясындағы Арал-Каспий аймағы» [1].
Отрадно, что форум такого уровня проводится в Кызылорде и посвящен 100-летию выдающегося исследователя Арало-Каспийского региона, члена-корреспондента АН СССР, профессора Сергей Павловича Толстова – руководителя крупнейшей Хорезмской археолого-этнографической экспедиции, внесшей также важный вклад в изучение древней истории и памятников Казахстана, в формирование национальных кадров этнографов и археологов.
Арало-Сырдарьинский форум призван сыграть особую роль в расширении и углублении научных исследований в вышеуказанном ареале Казахстана, в осмыслении и практическом сохранении для потомков его богатейшего историко-культурного наследия, что является задачей первостепенного значения в период активной разработки нефтегазовых месторождений региона.
Итак, хотелось бы подчеркнуть, что история Казахстана является неотъемлемой частью исторического процесса, протекавшего на протяжении тысячелетий на территории Казахстана и смежных с ним землях, прежде всего через призму преемственности и непрерывности. История народов и племен Казахстана должна быть рассмотрена во взаимосвязях с сопредельными и отдаленными народами Евразии. Наряду с раскрытием общих закономерностей общественного и культурного развития должно быть уделено внимание степной цивилизации, показу специфики развития кочевых обществ, без которой невозможна объективная и адекватная оценка феномена кочевничества и определение его места и роли в мировом историческом процессе.
Не вдаваясь в древнейшую историю рассматриваемого региона (каменный и бронзовые века), т.к. оно, очевидно, будет озвучено исследователями археологами, нам бы хотелось обострить внимание на истории и культуре сако-массагетских племен VI – V вв. до н.э. Безусловно, в период господства Ахеминидов в этом регионе массагеты представляли собой мощный многочисленный союз племен или конфедерацию племен [3, с. 244-245]. Массагеты вели кочевое хозяйство, охватывая летом Северное Приаралье и Прикаспий, а зимний период расселялись в Южном Приаралье, бассейне и притоках Сырдарьи, на Устюрте и Мангышлаке [4, с. 67]. Ведение кочевого скотоводства того периода, методы пастьбы скота, организации водопоя и многое другое, в принципе, тождественно кочевому скотоводству казахов данного региона в традиционный период, т.е. в перспективе, видимо, следует исследовать данный феномен в совокупности с экологией Аральского моря, пустынными и полупустынными районами Северного Приаралья, Сырдарьи, Амударьи, Узбоя и т.д. Безусловно, с точки зрения исторического этногенеза требует развитие дальнейшее изучение культуры классического некрополя Тагискен, Баланды II и т.д. [5, с. 168]. Сложной остается проблема внедрения тюрко-монгольских элементов в этническую среду Арало-Присырдарьинского региона в начале н.э. [6, с. 203].
Государственные образования VI – начала XIII вв. явились продолжением и дальнейшим развитием прототюркских (гунны, усуни, канглы) и тюркских (каганат) государственных традиций [7]. Огузская история [8, с. 89; 9, с. 151], затем кыпчакское ханство [10] представляет собой важный этап казахской государственности, ибо тяжелые монгольские события XIII в. не прервали, а лишь приглушили развитие этих государственных традиций, которые проявились вновь при образовании Ак Орды и Казахского ханства.
Другой не менее важной исторической проблемой остается история этнических процессов. Преобладающую значимость в этнических процессах занимает автохтонность, вместе с тем соответствующую (второстепенную) роль играют миграции [11]. В отличие от оседло- земледельческого ареала родоплеменная система в кочевых обществах была основополагающим принципом общественного и государственного развития [12]. В частности, в XI – XII вв. создается этническая основа казахского народа вследствие того, что происходит сложение литературного кыпчакского языка – основы казахского языка, создание литературных памятников – предтечи казахской литературы, само слово «қазақ» связано с кыпчакской средой. Наряду с этим складываются присущие казахам антропологические черты [13].
Требует более детального рассмотрения тема экономики и города. Во всех кочевых обществах, рассматриваемого периода, прослеживаются несколько хозяйственно-культурных типов, от доминирующего скотоводства вплоть до земледелия и поселения. Многочисленные города кочевых обществ являлись административными, торговыми и ремесленными центрами, нередко зимними ставками военно-племенной знати. Результаты данного направления могли бы служить примером прикладного исследования, взаимосвязи с политэкономией, демографией, истории архитектуры и градостроительства в аридной зоне и т.д.[14].
Безусловно, без внимания исследователей не должна оставаться духовная культура, народов населявших Арало-Сырдарьинский регион. Тенгрианство стало той идеологией [15], которая удовлетворяла запросы кочевых государств, при этом древнетюркская письменность использовалась для нужд первых государственных структур протоказахской культуры [16; 17]. Следующим важным моментом является распространение ислама, которое привело к постепенному вовлечению племенных группировок на территории Казахстана в орбиту мусульманской синкретической культуры [18]. Особую роль, естественно, занимала в этих процессах торговля на Великом шелковом пути, которая стала важным дипломатическим, культурным трактом, где шел диалог цивилизаций Востока и Запада [19; 20, с. 224-225].
Хотелось бы также, чтобы в ходе работе настоящей конференции были более детально рассмотрены проблемы казахской истории, связанные с рассматриваемым регионом. В частности, осмысление общего историко-культурного значения истории Арало-Сырдарьинской территории в истории Евразии; анализ проблемных вопросов этно- , культуро- и политогенеза; выявление общего и особенного в культуре скотоводческих и др. народов обширного ареала; углубленное, всестороннее исследование недвижимых памятников региона (архитектурных, археологических, эпиграфических и т.д.); обнародование результатов новейших экспедиционных исследований; проблемы охраны памятников; экология культуры и разработка недр; развитие туризма.
Историческая память каждого народа отражается, в первую очередь, в памятниках истории и культуры, через познание которых молодое поколение познает свое прошлое и настоящее. В связи с этим, на наш взгляд, на сегодняшний период в Республике Казахстан назрела необходимость организации целостной системы охраны недвижимых памятников истории и культуры нашего государства – подготовки единого «Свода памятников истории и культуры Казахстана». К большому сожалению, такая идея масштабного подхода в организации выявления, учета, фиксации и охраны памятников, начатая еще в 70–80-х годах прошлого столетия, и работы по ее реализации, на данный период, проводятся разрозненно или полностью приостановлены в некоторых регионах Казахстана. Богатейший материал и опыт, наработанный специалистами в тот период, остается без должного внимания со стороны государства, а архивы некоторых специализированных институтов могут подвергнуться исчезновению (например, у нас вызывает беспокойство недавнее упразднение одного из главнейших институтов в деле реализации этой программы – НИПИ памятников материальной культуры «Казпроект-реставрация»). Если же учесть тот факт, что на территории Казахстана начаты работы по полномасштабному освоению недр, прокладки трубопроводов, автотрасс и железнодорожных магистралей, прошел процесс завершения демаркации государственных границ, то замедление реализации программы подготовки Свода может в последующем привести к непростительным, с исторической точки зрения, ошибкам, за которое в дальнейшем придется расплачиваться многим поколениям казахов.
Безусловно, Свод памятников должен стать наиболее полным иллюстрированным справочником энциклопедического характера, содержащим точные, научно проверенные данные о памятниках республики с кратким изложением их исторической ценности и художественных достоинств. Этот труд должен обеспечить научную основу для широкого изучения, охраны и пропаганды исторических, археологических и художественных ценностей независимого Казахстана. Свод позволит составить географический атлас памятников, создать полный справочный материал по историческому, архитектурному и художественному наследию, ввести его в отечественные и международные информационные центры. Свод с исчерпывающей полнотой покажет место и роль культурного наследия казахского народа в мировой культуре. Материалы Свода памятников позволят шире пропагандировать отечественное историко-культурное наследие, будут активно способствовать воспитанию патриотизма, распространению знаний о выдающихся событиях в жизни нашего народа, станут научной основой для организации всех форм туризма, включая международный, и поднимут его познавательный уровень.
В связи с этим, в целях сохранения памятников истории и культуры Казахстана в рамках программы «Культурное наследие», наш Институт истории и этнологии предлагает создании отдела «Свода памятников» в стенах ИИЭ. Если же учесть, что к недвижимым памятникам относятся памятники истории, археологии, градостроительства и архитектуры, монументального изобразительного и декоративного искусства, то, несомненно, в рамках подготовки Свода памятников требуется налаженная работа многих специализированных институтов Казахстана, как института археологии, реставрационных учреждении, архивов, центрального и региональных краеведческих музеев, региональных инспекции по охране памятников и т.д. Однако, координирующая роль в деле подготовки Свода, на наш взгляд, должна принадлежать институту истории и этнологии им. Ч.Ч. Валиханова, т.к. за последние десятилетие здесь подготовлено немало специалистов по этноархеологии, мемориально-культовой архитектуре, в целом истории Казахстана, разработана методика полевых исследовании памятников Казахстана, имеется солидный запас архивных полевых материалов и т.д. Отдел «Свода памятников» развил бы дальше престиж Республики Казахстан.
Надеемся, что наше предложение по созданию Свода памятников истории и культуры будет отражено в резолюции конференции, а также послужит одним из серьезных шагов бережного отношения нашего государства к наследию прошлого.

Список использованной литературы

1. Ажигали С.Е. Очерк этнической истории аридной зоны Арало-Каспия (в свете проблем этногенеза) // История и культура Арало-Каспия. Сборник статей. Вып. 1./ Под общ. ред. С.Ажигали. – Алматы: Құсжолы, 2001. – С. 7-37.
2. Арало-Каспийский регион в истории и культуре Евразии. Материалы международной научной конференции. Часть 1. – Актобе: «ПринтА», 2006. – 240 с.
3. Толстов С.П. Древний Хорезм. Опыт историко-археологического исследования. М., 1948.
4. Пьянков И.В. Массагеты Геродота // ВДИ. 1975, № 2
5. Толстов С.П. По древним дельтам Окса и Яксарта. М., 1962.
6. Гафуров Б.Г. Таджики. Древнейшая, древняя и средневековая история. М., 1972.
7. Бернштам А.Н. Очерк истории гуннов. Л., 1951.
8. Бернштам А.Н. Проблемы древней истории и этногенеза Южного Казахстана // ИАН Каз ССР. Сер. Археол. 1949. Вып. 2.
9. Агаджанов С.Г. Очерки истории Огузов и туркмен Средней Азии IX–XIII вв. Ашхабад, 1969.
10. Кобланды-батыр. Казахский героический эпос. М., 1975.
11. Востров В.В., Муканов М.С. Родоплеменной состав и расселение казахов (конец XIX – начало XX в.). Алма-Ата, 1968.
12. Зуев Ю.А. Историческая проекция казахских генеалогических преданий. (К вопросу о пережитках триальной организации у кочевых народов Центральной Азии) // Казахстан в эпоху феодализма. (Проблемы этнополитической истории). Алма-Ата, 1981.
13. Исмагулов О. Этническая антропология Казахстана. (Соматологическое исследование). Алма-Ата, 1982.
14. Ажигали С.Е. Архитектура кочевников – феномен истории и культуры Евразии (памятники Арало-Каспийского региона). А., 2002.
15. Снесарев Г.П. Реликты домусульманских верований и обрядов у узбеков Хорезма. М., 1969.
16. Аманжолов С. Вопросы диалектологии и истории казахского языка. Ч. 1. Алма-Ата, 1959.
17. Кононов А.Н. Опыт анализа термина тŷрк // СЭ. 1949, № 1.
18. Мустафина Р.М. Представления, культы, обряды у казахов. А., 1992.
19. Байпаков К.М. Великий шелковый путь (на территории Казахстана). А., 2007.
20. Шалекенов У.Х. Город Баласагун в V – XIII веках / Пер. с каз. Жумалиевой Б.К. – Алматы: «Жибек жолы», 2009. – 272 с.